EnglishArabicBulgarianChinese (Simplified)Chinese (Traditional)FrenchGermanItalianRussianHebrewTelugu

Гэмблинг его психологическая характеристика и его природа - казино бесплатно без регистрации контрольчестности рф


Аддикция к мобильным телефонам 4. Другие технологические аддикции телевизионная аддикция, тамагочи-аддикция и другие гаджет-аддикции. Аддикция к перееданию 5. Аддикция к голоданию. Особой формой зависимого поведения, возможно, является распространенная среди юношества увлеченность ролевыми играми сочетающая в себе признаки такой аддикции, как духовный поиск и аддикцию отношений.

К настоящему времени имеются четкие диагностические клинические критерии химических зависимостей. В тоже время из всех выделяемых нехимических аддикций лишь зависимость от азартной игры призана болезнью и имеет свои диагностические критерии в МКБ Несмотря на активное лоббирование, американскими психологами и психиатрами Интернет-зависимость не была включена в американскую классификацию болезней. Все это свидетельствует отнюдь не о том, что не существует иных болезней зависимого поведения в частности Интернет-зависимостиа скорее о том, что до настоящего времени данные расстройства недостаточно клинически изучены и описаны.

Патологическая зависимость от азартных игр. Патологическую зависимость от азартных игр можно рассматривать как модель нехимических аддикций с присущими болезням зависимости объекта патогенного влечения, четких психопатологических проявлений в картине болезни, наличия клинически очерченных абстинентных расстройств, динамики течения болезни периодического или прогредиентного течения. В МКБ 10 патологическая зависимость от азартных игр рассматривается в разделе FF69 «Расстройства личности и поведения в зрелом возрасте», и относится к рубрике «Расстройства привычек и влечений». Как известно этиопатогенезе расстройств зрелой личности и поведенческих расстройств к примеру, расстройств привычек и влечений основную роль играют личностно-характерологические особенности пациентов, сформировавшиеся в процессе социализации.

В тоже время вопрос о значении акцентуированных черт характера в формировании игровой зависимости до настоящего времени остается дискуссионным Менделевич В. Так Папырин В. Напротив, Молчанова Ю. Ю, считает, что процесс формирования зависимости от игры одинаков как для лиц девиациями характера, так и для лиц с «нормальной» психологической предиспозицией и, в большей степени, обусловлен искажением ценностной иерархии существующей части общества. До настоящего времени остается недостаточно изученной психопатологическая симптоматика, сопровождающая зависимость от азартных игр.

Проведенное нами исследование патологических азартных игроков выявило следующее. Таким образом, наибольшей возрастной группой риска являются лица в возрасте от 21 до 30 лет период социального становления. Можно предположить, что в данных случаях имевшееся ранее расстройство в виде патологической зависимости не редуцируется, а происходит лишь смена одной формы зависимости на другую. Итак, среднестатистический портрет российского патологического азартного игрока может быть представлен следующим образом.

Данные характерологические особенности затрудняли социальную и трудовую адаптацию обследованных. Аддиктивное поведение и, в частности, патологическая зависимость от азартной игры может быть следствием недостаточной способности личности справляться со стрессом, что обусловлено несформированностью и неэффективностью собственных адаптационных механизмов, к которым относят психологическую защиту, как компенсацию стресса, и копинг, как совладание со стрессом. Нами было выявлено, что в стрессовых ситуациях патологические азартные игроки достоверно чаще, по сравнению с контрольной группой используют такие МПЗ, как отрицание, вытеснение, проекция и регрессия, что указывает на «слабоадаптивный» тип поведения.

Ведущими копинг-стратегиями в стрессовых ситуациях у патологических игроков являются: конфронтация, дистанцирование и бегство-избегание, относящиеся к дезадаптивным, и неуспешным стратегиям, препятствующим преодолению трудной ситуации. Для патологических гэмблеров был характерен субъектно-ориентированный стиль поведения, являвшийся следствием эмоционального реагирования на конфликтную ситуацию, не сопровождавшийся конкретными действиями, и проявлявшийся в виде попыток не думать о проблеме вообще, вовлечения других в свои переживания, желание забыться в процессе игры, а в некоторых случаях и присоединения других аддикций в частности алкогольной.

Нами выявлено, что для характерологических типов с преобладанием возбудимых черт наиболее свойственными являются конфронтационные копинг-стратегии преодоления стресса и механизмы психологической защиты по типу отрицания и вытеснения. Для гипертимного типа также наиболее свойственной копинг-стратегией является конфронтационный копинг, а наиболее часто используемыми защитными механизмами — проекция и отрицание. Для тревожного типа характерным является использование копинг-стратегии дистанцирования и психологических защитных механизмов в виде регрессии. Патологическими игроками наиболее часто использовались такие МПЗ, как вытеснение, регрессия и отрицание и проекция.

Полученные данные свидетельствуют, что напряженность вытесняющих механизмов у гемблеров значимо выше, чем в группе контроля. Наиболее часто вытеснялись связанные с патологическим пристрастием свойства, характерологические качества и поступки, не делающие личность привлекательной в глазах себя и других: агрессивность, необязательность, лживость. При этом содержательная сторона психотравмирующей ситуации в виде факта неблаговидного поступка, спровоцированного игровой зависимостью не осознавалась, но сохранялось вызванное им эмоциональное напряжение, субъективно воспринимавшееся как немотивированная тревога.

Как известно регрессия относится к наиболее дезадаптивным и связанным с патологией механизмам. Выраженность регрессии у патологических азартных игроков была в 2,1 раза выше, чем в группе контроля. В период проигрыша обследованные предпочитали искать у окружающих сочувствия, вместо того чтобы предпринимать действия, направленные на решение проблем. Импульсивность и слабость эмоционально-волевого контроля, свойственные этим личностям, определялись актуализацией именно этого механизма защиты на общем фоне изменения мотивационно-потребностной сферы в сторону их большей упрощенности и доступности. Эти две пары эмоций контролируются такими МПЗ, как отрицание и проекция. Основная группа патологические гемблеры достоверно отличалась от контроля по степени выраженности и, соответственно, использования обоих этих защитных механизмов.

В момент обращения за помощью, на высоте дистресса, обусловленного проигрышем, возникала проблема самовосприятия себя, как неудачника при имеющихся сверхценных идеях покорить весь мирчто являлось неприемлемым, фрустрирующим и могло привести к разрушению «Я». Использование защитного механизма отрицания отвергало подобную идентификацию и способствовало снижению уровня тревоги. Изучение клинико-психопатологических феноменов, сопровождающих зависимость от азартной игры выявило следующее. Фобическая симптоматика была тесно спаяна с пихотравмирующими факторами в частности с наличием долгов и проявлялась необходимостью избегать некоторых мест или действий, иногда чувством страха на улице также обусловленного долгами или конфликтными отношениями.

Возникновение данного состояния отмечалось пациентами непосредственно в течении х суток перед игрой, в период игры и в первые дни после окончания игры. Указанная психопатологическая симптоматика, возможно, может быть расценена как состояние измененного суженного сознания с характерной для него концентрацией внимания на избранном объекте, поглощенность объектом внимания с одновременной отстраненностью от окружающей действительности, явлениями деперсонализации и элементами дереализации.

Проведенное нами исследование 23 пациентов, совершивших в период терапии от одного до трех игровых циклов, позволило выявить и описать своеобразие динамики психопатологических феноменов на различных этапах игрового цикла. Так, вслед за описанным нами этапом проигрыша с выраженным дистрессом, проявлявшимся сложным психопатологическим комплексом сочетание тревожно-депрессивных, обсессивно-компульсивных и паранойяльных симптомов следовал период умеренно-выраженных депрессивных расстройств с постепенной редукцией тревожных и обсессивно-компульсивных нарушений. Общая интенсивность состояния, соответствующая количеству симптомов, в этот период также снижалась; дополнительно отмечались абстинентные расстройства с нервозностью, раздражительностью, нарушением сна, беспокойством, неустойчивым фоном настроением, внутренним напряжением, нарушением концентрации внимания, головными болями.

В последующем астенические и апатические симптомы в рамках субдепрессивных расстройств сменялись симптомами неясной, немотивированной тревоги с моторным беспокойством, внутренним напряжением. Появлялась симптоматика умеренной дисфории; аффект был снижен. В дальнейшем тревожная и дисфорическая симптоматика нарастала, вновь появлялась обсессивно-компульсивные проявления с элементами суженного сознания в виде навязчивых мыслей и представлений об игре, вплоть до гипногогических галлюцинаций неконтролируемого калейдоскопа картинок игры, при закрытии глаз. В момент срыва к игре состояние описывалось пациентами как ощущение полной погруженности в представления о предстоящей игре, с отрешенностью от окружающей действительности.

Таким образом, можно выделить следующие клинико-психопатологические периоды игрового цикла рис. Рисунок 1. Клинико-психопатологические периоды игрового цикла Нами выявлено, что среди патологических азартных игроков достоверно чаще выявляются акцентуированные характерологические черты, с преобладанием возбудимых, гипертимных, тревожных и циклотимных типов, что подчеркивает значение заостренности определенных черт характера в нарушении адаптации и формировании зависимого поведения от азартной игры, как варианта патологической адаптации.

Патологическая зависимость от азартных игр имеет определенную психопатологическую цикличность и этапность, сопровождается выраженным дистрессом, с преобладанием психопатологических нарушений в виде депрессивных и тревожных расстройств, паранойяльности, обсессивно-компульсивной симптоматики, а также состояниями измененного суженного сознания, явлениями деперсонализации и элементами дереализации. Имеются определенные взаимосвязи характерологических свойств, механизмов психологических защит, копинг-стратегий и клинико-психопатологических проявлений зависимости от азартных игр. Интернет зависимость Появление широкого доступа в Интернет гэмблинг его психологическая характеристика и его природа за собой существенные изменения в жизни современного человека, обусловленные удобством использования Всемирной Сети и широким спектром предлагаемых услуг.

Однако за все получаемые преимущества и выгоды общество вынуждено «платить». Эта плата представляется в виде новой, на данный момент только формирующейся проблемы патологического использования Интернета, или Интернет-зависимости IAD-Internet Addiction Disoder. В самом общем виде Интернет-зависимость определяется как «нехимическая зависимость от пользования Интернетом» Griffits, Её характеризует навязчивое желание выйти в Интернет, находясь off-line, и неспособность выйти из сети, будучи on-line. Первыми с интернет-зависимостью столкнулись врачи-психотерапевты, а также компании, использующие в своей деятельности Интернет и несущие убытки в случае, если у сотрудников появляется патологическое влечение к пребыванию в сети он-лайн.

Родоначальниками психологического изучения феноменов зависимости от Интернета могут считаться два американца: клинический психолог К. Янг и психиатр И. В тоже время продолжается широкая дискуссия по поводу данного расстройства. Диагностические критерии Интернет-зависимости, сформулированные К. Янг 15 лет назад подвергнуты серьезной критике В частности Д. Грохол Grohol J. Указывается, что количественные данные о «норме» или ее превышении, относящиеся к или году, совершенно не показательны для среднего пользователя Интернета в году.

Кроме того, специалистам редко удается отфильтровать или учесть каким-то иным образом тех, кто применяет Интернет на постоянной основе для выполнения работы или для учебы, и тем самым результаты неизбежно остаются смещенными в сторону завышения количества часов в онлайне. Byun с соавторами обращают внимание на отсутствие в проведенных исследованиях данных о причинно-следственных отношений между полученными данными. По мнению М Гриффитс Griffiths, M. D, технологические зависимости могут рассматриваться как разновидность поведенческих зависимостей: они включают такие ключевые компоненты всякой зависимости, как «сверхценность» salienceмодификация настроения mood modificationс окружающими и с самим собой conflict гэмблинг его психологическая характеристика и его природа рецидив relapse.

Большая часть тех, кто избыточно применяет Интернет, не являются зависимыми непосредственно от Интернета, для них Интернет — это своего рода питательная среда для поддержания других зависимостей. Следует проводить различие между зависимостью непосредственно от Интернета и зависимостями, связанными с применениями Интернета. Для многих аддиктов Интернет — это не более чем место, в котором они осуществляют излюбленное ими аддиктивное поведение. В тоже время в ряде кейс-исследований связанных с анализом индивидуальных случаев выявляется, по всей видимости, зависимость непосредственно от Интернета.

Большая часть таких индивидуумов пользуются теми функциями Интернета, которые отсутствуют вне этой среды — к примеру, сервисами чатов или разнообразных ролевых игр. По мнению М Гриффитс, что если зависимость от Интернета и существует на самом деле, то она затронула не более чем относительно небольшой процент пользователей Интернета. При этом остается неясным, каковы конкретные свойства Интернета, которые способствуют возникновению и развитию зависимостей. Очевидно лишь, что требуется дальнейшая исследовательская работа в этой области, и вполне может статься, что значительную ее часть выполнят российские специалисты. Д Морэйхан-Мартин Morahan-Martin.

Некоторые люди задаются вопросом о том, насколько вообще реален данный феномен. При том, что собрано немало ценных свидетельств излишнего применения Интернета Internet abuseвсе же осталось немало вопросов и нерешенных проблем. Для изучения излишнего применения Интернета Internet abuse специалистами разработаны несовпадающие между собой критерии, используется разная терминология. Из большого числа предложенных измерительных шкал ни одна не может считаться универсальной и лишь немногие психометрически валидизированы.

Если бы критерии были стандартизованы, это способствовало бы сравнению результатов проведенных разными группами специалистов исследований. За различиями в применяемых критериях и в терминологии стоят значительно более фундаментальные разногласия: следует ли рассматривать излишнее применение Интернета Internet abuse как клиническое заболевание, подходит ли для него объяснительная модель развития аддикции?

В ряде исследований была выявлена прямая зависимость между уровнем социальной тревоги и количеством времени, проводимом за компьютерными играми Sara et. Отмечается, что высокий уровень личностной и социальной тревожности в сочетании с чувством проницаемости собственных границ и неумением строить межличностные контакты, подкрепляемые амбивалентной позицией матери по отношению к сепарации и взрослению подростка, приводят к замещению реальной жизни виртуальным пространством.

Отмечается, что существенное значение имеет возможное наличие коморбидной патологии, в частности, депрессивных расстройств; в то же время неясна распространенность данных психопатологических нарушений. По гэмблинг его психологическая характеристика и его природа глубокому убеждению в настоящее время необходимо получить ответ на следующие вопросы. Является ли Интернет-зависимость во всех ее разнообразных проявлениях болезненным пристрастием аддиктивным поведениемспособом адаптации дезадаптивной аномальной личности, отдельной нозологической единицей болезнью с присущими ей клиническими проявлениями и течением или синдром проявление другой болезни?

Пока не описаны психопатологические феномены, особенности течения болезни, ее исход - вряд ли мы можем говорить о такой болезни, как Интернет-зависимость. Однако это не мешает нам рассматриваить Интернет-зависимость как одну из форм аддиктивного поведения в понимании его как доболезненного расстройства в рамках девиантного поведения. Проведенное нами исследование позволило выявить некоторые особенности личностных свойств интернет-зависимых.

В ходе исследования с помощью теста на Интернет-зависимость была выявлена группа подростков 25 человекнабравших более 50 баллов и по данному показателю склонных к Интернет-зависимости.